«Арцах делают Арцахом живущие там люди»: интервью премьер-министра Общественному телевидению (видео)
Поддержи А1+!Премьер-министр Армении Никол Пашинян подчеркивает, что заявление о прекращении боевых действий в Нагорном Карабахе не является политическим документом для урегулирования конфликта. По словам премьер-министра, в этом заявлении есть термины и предложения, которые должны быть интерпретированы и стать политическим содержанием. Премьер-министр сказал об этом в интервью Общественному телевидению.
«По сути, сейчас дискуссия как таковая должна только начаться, и это дискуссия дипломатического характера. И эта дискуссия, думаю, будет длиться очень долгое время. Так как хочу обратить наше внимание на то, что это документ о прекращении военных действий», - отметил Пашинян, добавив, что это не документ политического урегулирования, и здесь есть термины, предложения, которые должны быть интерпретированы и стать политическим содержанием.
«И на этом этапе, конечно, станут возможны дискуссии, и эти дискуссии состоятся. Но и в этом случае, конечно, основной формат обсуждения будет внутри правительства, потому что дипломатия, внешняя политика, дипломатический корпус - это министерство иностранных дел», - подчеркнул премьер.
Коснувшись вопроса о том, что оппозиция говорит, что есть сроки, они могут отменить, могут изменить, и почему Пашинян не прислушивается к ним, премьер подчеркнул: «Тем не менее, что бы вы ни говорили, так как все это происходит публично, я, например, не слышал о методах изменения. Я могу сказать больше, мы можем просто взять эту бумагу, разорвать ее и выбросить. Т.е. нет проблем, но нужно иметь определенные представления о последствиях. Это означает, что мы возвращаемся к ситуации, в которой был подписан документ. А это значит, что мы говорим, пусть наши 30 тыс. солдат окажутся в блокаде».
Премьер подчеркнул, что нужно учитывать те обстоятельства, при которых было принято это решение, а такое решение было принято в результате анализа военной ситуации.
«Вчера я сказал в своем обращении, что краеугольным камнем, который привел к подписанию нами этого заявления, был тот факт, что город Степанакерт фактически остался беззащитным после падения Шуши, и если бы мы очень быстро, в течение нескольких часов, не остановили бы войну, пал бы Степанакерт, после чего Аскеран и Мартакерт, то есть 20-30 тысяч наших солдат, в зависимости от сценария, автоматически оказались бы в блокаде.
Почему это число колеблется? Потому что это зависит от конфигурации, как это могло произойти. И, при этом, здесь очень важно, что эти солдаты, оказавшись в блокаде, сами не смогли бы повлиять на ситуацию. Почему? Потому что они были на передовой, а блокада произошла бы с тыла. Это был не тот случай, чтобы отдавать приказ организовать круговую оборону, потому что в этом случае линия фронта была бы полностью разрушена, и у нас была бы такая ситуация», - отметил Пашинян.
На вопрос, почему этот вопрос не обсуждался в Национальном Собрании и с оппозицией, Никол Пашинян ответил: «Это, по сути, произошло в логике оперативного управления боевыми действиями. Потому что это почти то же самое, если бы спросили, предположим, наше подразделение вышло из какого-то района или решило атаковать в каком-то районе, почему этот вопрос не обсуждался в Национальном Собрании, не обсуждался с оппозицией?»
Премьер добавил, что тогда были военные действия, при этом очень критические военные действия: «И еще раз хочу сказать, что сейчас много дискуссий и, естественно, на первый план вышло то, что было передано в результате подписания этого заявления. Однако реальность такова, что этот документ не только или, как минимум, не столько о передаче, сколько и о сохранении. Потому что он создавался в такой ситуации, когда предсказуемые потери - которые, по сути, по военным оценкам были неизбежными - эти предсказуемые потери были просто констатированы, чтобы спасти жизни около 30 тысяч наших солдат. В дальнейшем, когда военные действия закончились, этот документ открыт, и здесь уже работает логика обсуждать или не обсуждать, и сейчас все обсуждают его. Причем нужно понимать логику этого обсуждения. Что предлагается сделать в результате обсуждения: повернуть вспять, возобновить военные действия, по какому сценарию идти? Но сейчас идет самая широкая дискуссия».
Коснувшись вопроса о том, как оппозиция может повлиять на процесс, если они организуют митинга, а лидеры задерживаются на том основании, что они не имеют права на демонстрации в условиях военного положения, премьер-министр сказал: «Речь идет о контексте военных действий - это почти то же самое, повторяю еще раз, если бы, например, кто-нибудь после какого-то процесса военных действий, какой-то атаки или какого-то отступления, какого-то успеха или какой-то неудачи сказал следующее: а почему эта военная неудача не была обсуждена с оппозицией заранее?»
Премьер-министр Армении Никол Пашинян коснулся вопроса о том, почему не состоялось заседание Национального Собрания, когда оппозиционеры пришли в парламент, чтобы в самом важном политическом институте обсудить вопрос Нагорного Карабаха. В интервью Общественному телевидению Пашинян подчеркнул, что не считает целесообразным обсуждать этот вопрос в самом эмоциональном состоянии.
На замечание о том, что можно обсуждать трезво, премьер ответил: «Для того чтобы трезво обсуждать, нужно сначала протрезветь, и после этого обсуждать».
На вопрос, возможно ли обсуждение в такой атмосфере, Пашинян ответил: «Не в такой атмосфере, а в таком эмоциональном состоянии. Не думаю, что это возможно.
Кстати, когда я говорил о том, почему какая-то неудача заранее не обсуждается, скажем, например, с Национальным Собранием, я хочу привести немножко радикальную формулировку: потому что неудача на арене боевых действий происходит не потому, что ты так этого хочешь, а по определенным объективным и субъективным причинам.
По сути, с Национальным Собранием или оппозицией обсуждается то, что ты хочешь или планируешь сделать. А в данном случае, в силу некоторых обстоятельств, процессы происходили очень быстро и в таких условиях, когда Генштаб наших Вооруженных сил, политическое руководство Республики Арцах сформировали задачу, что необходимо как можно скорее остановить этот процесс».
Коснувшись вопроса о том, что если бы он был оппозиционером сейчас, и если бы был такой документ, такая ситуация, сидел бы он дома, премьер-министр Никол Пашинян: «Я, будучи оппозиционером, депутатом НС в 2016 году, поехал в Нагорный Карабах добровольцем, а потом, будучи не очень удовлетворенным ходом событий, не знаю, по крайней мере, не проводил митингов».
Премьер-министр Армении Никол Пашинян подчеркивает, что в любой войне возникает множество организационных проблем, и отмечает, что проблемы были и во время войны в Нагорном Карабахе. Премьер-министр сказал об этом в интервью Общественному телевидению.
«И эти проблемы носили не только чисто организационный, но и институциональный характер. В одном из своих посланий я сказал, что оказалось, что та система, которая у нас есть с мобилизационным ресурсом для помощи армии в плане использования наших Вооруженных сил, действует не очень эффективно. И здесь, конечно, нужно очень многое серьезно пересмотреть. Нужно серьезно подумать и о поставках в армию, и об изменениях в структуре нашей армии.
Кстати, хочу сказать, что во время войны, например, новая система питания, по сути, себя полностью оправдала. И это был один из важных нюансов, который в действии показал, что эта реформа полностью оправдана. Но были и другие организационные недостатки, особенно в контексте мобилизации, которые показали, что существующие планы мобилизации не очень соответствуют нашим реалиям.
Но еще хочу сказать, что существующие мобилизационные планы, так сказать, традиционные. Это не так, что они меняются раз в год, раз в два года. Это институциональные структуры, которые создавались и развивались в течение длительного времени, но поскольку практики их использования в таком масштабе не было, раньше эти недостатки просто проявлялись, и мы руководствовались тем предположением, что это работающая система. Но это старая система, которая просто не работает в новых условиях.
В частности, что я имею в виду? Например, эта война показала, что в армии важнее мобильные группы спецназа. И, кстати, с 2018 года это была одной из важных реформ в армии, которая была запланирована и началась осуществляться только с середины 2019 года, когда спецназ должен был занимать все больше места в нашей армии как ударная сила. Однако, по сути, к моменту начала войны, в отличие от реформ системы питания, эти реформы не достигли своего логического конца. И именно в этой плоскости было много организационных недостатков», - отметил премьер.
Премьер-министр Армении Никол Пашинян коснулся критики о том, что за 2,5 года ему не удалось наладить нормальные отношения с Россией, и, более того, его правление там воспринималось как прозападное, антироссийское, и если бы здесь были другие власти, российская сторона оказала бы помощь другого качества и с другой скоростью. Премьер-министр коснулся этого вопроса в интервью Общественному телевидению.
«Мы говорим о позициях по вопросу Карабаха. И я могу четко и уверенно заявить, что позиция Российской Федерации по карабахскому вопросу не изменилась за последние 4,5 года. Т.е. сегодня позиция Российской Федерации по карабахскому вопросу ровно такая же, как и 4,5 года назад. И в сегодняшних реалиях есть соответствующие этим представлениям реалии, в частности, присутствие российских миротворцев. И мы должны рассматривать вопрос в этой логике, потому что речь не идет об отношениях между властями Армении и России. Речь идет о позиции Российской Федерации по Нагорному Карабаху», - отметил премьер.
Он добавил, что в этом случае можно быть однозначно уверенными, что изменения позиции РФ не произошло: «Потому что, если бы они были взаимосвязаны, то эта позиция изменилась бы после мая 2018 года, она бы отличалась от позиции, которая была до мая 2018 года. Но она не изменилась, и я могу заявить об этом официально. Но, с другой стороны, могу сказать, что между властями Армении и России были, есть и будут нормальные рабочие отношения».
Коснувшись вопроса, каковы отношения между ним и президентом России Владимиром Путиным, премьер ответил: «Рабочие, очень хорошие».
Премьер-министр Республики Армения Никол Пашинян подчеркивает, что важнейшей задачей на данном этапе является обеспечение внутренней стабильности и безопасности, после чего в полностью стабильной ситуации должна быть гарантирована неприкосновенность власти народа в Республике Армения. Об этом премьер-министр Армении заявил в интервью Общественному телевидению.
«Что я имею в виду? Я имею в виду то, что политический вопрос состоит в том, что мы должны сохранить в Армении такую политическую среду, чтобы граждане Республики Армения были уверены, что они однозначно имеют право формировать правительство. Наша первая задача сегодня - это стабильность в таких условиях, потому что стабильность может быть в самых разных условиях».
Премьер-министр Армении Никол Пашинян отмечает, что есть представления по вопросам, которые будут обсуждаться на переговорах, которые состоятся после объявления о прекращении войны в Нагорном Карабахе. Об этом заявил премьер-министр Армении Никол Пашинян в интервью Общественному телевидению.
«Чего мы хотим? Мы хотим, чтобы, например, через Нахичевань проходила железная дорога Армения-Иран. Речь идет о разблокировании транспортной инфраструктуры», - сказал Пашинян.
На вопрос, относится ли открытие границ также к Турции, Пашинян ответил. «Нет. Потому что Турция не является частью этого соглашения. Мы хотим иметь не одну дорогу в Россию, а несколько возможных путей и, если, например, в результате этих переговоров мы сможем решить наши проблемы, представьте, какое переломное изменение будет для Армении, если в конечном итоге, железная дорога станет для нашей страны реальным фактором, который свяжет нас с Персидским заливом и Россией. Это также цели, которые благодаря этому документу могут быть достигнуты, а могут и не быть достигнуты», - сказал Пашинян.
Коснувшись вопроса о том, что в заявлении о прекращении войны были указаны, есть ли на этот счет предварительное соглашение, премьер-министр сказал: «Это не предварительная договоренность, а понимание. Если это сформулировано, значит, есть понимание. Но, понятно, это вопрос переговоров, это тема переговоров, которые должны состояться», - сказал Пашинян.
